ВСЕ ТЕКСТЫ

Здание должно работать, а не быть музеем / Светлана Малевич

КОЛУМНИСТЫ
Восстановленное здание электростанции Ивана Игнатова 1893 года в жилом районе «Речной порт» в Тюмени. Реставрацию выполнил Сергей Вобликов.
Фотограф: Валерий Немиров

К объектам культурного наследия принято относиться подобно мощам святых. Поэтому любые действия в отношении здания и попытки адаптировать его к потребностям современных людей выглядят преступлением. У Брусники — другой подход. О специфике архитектуры на стыке старого и нового рассказывает архитектор-реставратор компании Светлана Малевич.
Светлана Малевич
Архитектор-реставратор, куратор специальных проектов Брусники по сохранению наследия

Про подход Брусники к наследию: здание должно работать здесь и сейчас

«Старое не всегда значит ценное. Присвоить зданию охранный статус и определить его значимость могут только эксперты. Мы, в Бруснике, работаем с уже признанными объектами культурного наследия. Уверены, сохранять памятники нужно, но не путём музеефикации. Мы убеждены, что архитектура — это не только эстетика, но ещё и функция. Здание должно работать. Поэтому наш подход направлен на перепрограммирование пространства, исходя из текущих потребностей жителей города.

Самим фактом постройки здание обязано функции. Если его не использовать, оно разрушится. Соответственно, закреплять за зданием конкретную функцию — бессмысленное занятие. Исторические здания, которые дошли до нашего времени, уже доказали, что способны быть достаточно гибкими, чтобы впускать в себя функции, которых и вовсе не существовало на момент постройки. С точки зрения девелопера нужно осторожно подходить к этому вопросу и не пытаться выжать из объекта больше, чем он может дать. Но, безусловно, возможность здания быть нужным современному обществу — главный залог его выживания. Именно функция первична. Без неё здание умрёт, какое бы красивое оно не было.

С архитектурной точки зрения этот вопрос звучит сложнее. Конечно же, желание людей использовать здание здесь и сейчас начинает тянуть за собой и желание осовременить его вид. Ценность исторического здания в том, что это носитель материальной культуры. Это общественный срез на определенный момент времени. По виду здания мы и понимаем, что происходило в обществе, какими были ценности, какие технологии использовались. И всю эту информацию очень легко потерять, если не относиться к наследию бережно.»

Про подлинность: сохранить нужно всё, что возможно физически

Когда речь идёт о памятнике архитектуры, сохранить нужно всё что возможно физически. Иначе мы теряем главную его ценность — подлинность. Эстетические качества в этом случае отходят на второй план, уступая место подлинности, а особую ценность представляют несовершенства. Копия может иметь только градостроительную значимость, как часть среды, которая создаёт атмосферу исторического района, но не более того. Если до нашего времени сохранилась среда, то, безусловно, она более полно раскрывает историю, чем отдельно стоящий дом. Если среды уже нет, то не нужно пытаться воссоздать её. Это не несёт культурной ценности.

Интересна и градостроительная сторона этого вопроса. Со временем в городе могут меняться направления улиц, нарезка кварталов и, как следствие, восприятие объекта. Например, объект, который раньше был обращен к улице, теперь начинает просматриваться со всех сторон. Нужно ли сохранять точки восприятия в таком случае? Наш ответ: если при анализе территории мы считаем это ценностью и важным градостроительным аспектом, то стоит положить в основу проекта подход, в котором существующая градостроительная ситуация в приоритете.

Про закон: ОКН нельзя снести, это вопрос ценности

Работая с объектом культурного наследия, у застройщика нет правовой возможности снести здание. Демонтаж, в данном случае, это не вопрос оформления документов или цены, это вопрос ценности объекта. Если здание признано памятником, оно ценно, и девелоперу при покупке остаётся лишь просчитать экономическую модель его восстановления и принять решение: готов он взяться за реставрацию и приспособление или нет. Все объекты, которые мы реставрируем, имеют статус ОКН: например, в Екатеринбурге это дом фабриканта Злоказова (Пролетарская 3), комплекс золотосплавной лаборатории (Горького 15/Первомайская 1) и дом рабочих первой екатеринбургской электростанции (Горького 43Б). Кроме того, мы фактически завершили восстановление двух объектов — Дом Фомина на Розы Люксембург 26 и здание на Горького 49.

Закон регламентирует сохранение таких зданий-памятников. Но способы создания городской среды рядом с ними, это уже уровень градостроительных регламентов, которые устроены как некий дизайн-код и разработаны далеко не в каждом городе. Регламенты сами по себе не гарантируют нам хорошую архитектуру, но могут подсказать как к ней приблизиться и сохранить или, по крайней мере, не нарушить единый архитектурный облик улицы, квартала, города.
Дом Фомина — купеческий краснокирпичный дом 19 века, объект культурного наследия в историческом квартале в Екатеринбурге. Состояние до реставрации.

Дом Фомина. Проект реставрации Брусники. Архитекторы сохранили единственный подлинный материал — кирпичную кладку в первозданном виде. После завершения реставрационных работ Брусника планирует разместить в доме социальные и другие общественно-полезные сервисы, которыми смогут пользоваться все горожане.

Усадьба Злоказова — каменный двухэтажный особняк 19 века, принадлежал владельцу суконной фабрики. Объект культурного наследия в историческом центре Екатеринбурга. Состояние до реставрации.

Усадьба Злоказова. Проект реставрации Брусники. Архитекторы реставрируют здание по фотографиям начала 20-го века и воссоздадут утраченную деревянную веранду с панорамным остеклением. Концепция проекта предполагает, что после реставрации в здании разместится экономически эффективная функция, для которой историческое наследие обеспечивает конкурентные преимущества и идентичность.

Про совмещение старого и нового: нужен диалог

Мы не встраиваем новое в историческое, мы скорее создаём новое с учётом того опыта и контекста, который есть на территории сегодня, переосмысляем пространство. Хороший пример — комплекс золотосплавной лаборатории в Екатеринбурге. Эта история началась ещё в 2019 году. Тогда мы выкупили комплекс бывшей золотосплавной лаборатории и принялись скрупулезно исследовать его историю, техническое состояние и контекст. Постепенно мы поняли, что лаборатория с примыкающим к ней Литературным кварталом (прим. Ред.: исторический комплекс из пяти литературных музеев, парка и Камерного театра в центре города) находятся в центре своеобразного «бублика». Здесь нет точек притяжения, для людей это пространство — транзитная зона. Мы решили приспособить это место к современным потребностям горожан, создать достопримечательность, которая активирует территорию и с социальной, и с экономической точки зрения. Новый квартал будет состоять из пяти блоков, два из которых (в том числе здание памятника архитектуры) займет отель, три — жилье. Внутри — городская гостиная с магазинами и кафе, над ними — приватный двор-терраса. Ключевая идея этого проекта — именно диалог нового с историческим окружением с точки зрения архитектуры, но при этом полная функциональная трансформация места под современное использование. Тот случай, когда мы в какой-то степени вторим историческому визуально, но меняем его содержание.
Рендеры архитектуры проекта ​​«Гранд Отель Екатеринбург» (бывший комплекс золотосплавной лаборатории, ул. Горького 15 и Первомайская 1)

Функциональная программа проекта и разрез здания.

Состояние территории золотосплавной лаборатории в Екатеринбурге до реставрации.

Про стилизацию: ряженая архитектура — это вопрос контекста

Всё зависит от контекста и цели развития территории. Если мы говорим про целостные сохранившиеся фрагменты исторических улиц, и наша цель сохранить эту среду, строительство нового здания, копирующего приёмы и образ соседних, это необходимость. В случае, когда мы говорим о городе, где историческая среда частично нарушена или в значительной мере утрачена, то заигрывания с историей не имеют смысла. Конечно, никто не пострадает, и среда не станет хуже от того, что мы построим стилизованное под историческое здание. Однако, такое решение скорее говорит об отсутствии архитектурной мысли и комплексного подхода к формированию города.

Можно подходить к вопросу более творчески и переосмыслять архитектурные приёмы исторических зданий, но всё равно создавать что-то современное, что-то что говорит об архитектуре сегодняшнего дня.

Про реставрацию ради реставрации: в ней тоже должен быть смысл

Каждое историческое здание имеет научно-реставрационную ценность. В отдельных случаях, мы, как общество, можем позволить себе сохранение зданий, как музеефикацию. Но даже в таком случае, это культурный аттракцион, востребованный людьми. И этом есть смысл. Мы все равно не можем забывать о том, что должна быть устойчивая экономическая модель. Даже если здание — музей, кто-то его должен содержать, эксплуатировать, сопровождать использование. Иначе очень скоро ему понадобится новая реставрация.»‎

Справочно

Брусника — федеральная девелоперская компания. Специализируется на строительстве жилья и комплексном развитии территорий в Москве и Московской области, крупных городах Урала и Сибири. Ключевые маркеры продукта Брусники — разнообразная архитектура, высокоплотное разноуровневое озеленение, неутилитарные интерьеры и планировки, основанные на жизненных сценариях. В Бруснике есть собственное архитектурное бюро, которое разрабатывает все проекты инхаус. Сейчас в нём работают мастерские по мастер-планированию, архитектуре, планировочным решениям, дизайну и ландшафту — всего более 300 специалистов. В связи с расширением географии присутствия компании бюро постоянно растёт и находится в поиске архитекторов и разных узких ремесленников околоархитектурного толка.
О проектах девелопера и любопытных городских практиках читайте в Городском журнале Брусники. Пишите о себе и присылайте портфолио на rabota@brusnika.ru.