Groundscape / Сергей Мырза

Сергей Мырза, основатель международного архитектурного бюро LH47 ARCH, строит дома под землей. Он с любовью называет их «хоббит-домиками» и прогнозирует рост популярности такой типологии пространств далеко за пределами туристической инфраструктуры. Специально для Locus Magazine Мырза исследует понятие «groundscape» и тренд на подземное строительство.

Впервые я узнал термин «groundscape» 10 лет назад, когда попал на одноименную выставку Доминика Перро в Париже. Перро — культовый французский архитектор, автор неологизма, объединяющего в себе слова ground (земля) и landscape (пейзаж). Groundscape — концепция, которая открывает перед архитектурой новый горизонт: исследование подземного пространства как полноценной части городской среды. Groundscape предлагает переосмысление нашего взаимодействия с землей и находит устойчивые, эстетичные и функциональные решения для большинства сложностей в развитии современных мегаполисов. Такой подход помогает сохранить зеленые зоны и исторический контекст, расширяя пространство для жизни без увеличения плотности городской застройки.

Сам Перро за более чем 30-летнюю карьеру создал около 60 проектов зданий, которые в той или иной степени существуют в подземном пространстве. От библиотеки на набережной Миттерана в Париже, где главным элементом стала утопленная в землю садовая зона с взрослыми деревьями, до олимпийского комплекса в Берлине. Там крыши бассейна и велотрека едва видны над землей, а основное действие разворачивается под поверхностью.

С момента посещения той выставки «подземной» архитектуры я увлекся исследованием этой темы: спроектировал несколько объектов в Молдове, каждый из которых решает задачу не только экономии пространства, но и существенно оптимизирует природные ресурсы, питаясь энергией геотермальных источников.

Я считаю, что это направление в архитектуре предлагает совершенно иное видение будущего развития городов и точно не ограничивается туристическими объектами. Под землей скрыты удивительные свойства и ресурсы.
Например:

Современная подземная архитектура — это синтез эстетики, экологичности и высоких технологий. Она позволяет экономить энергию благодаря естественной термоизоляции грунта, защищает от шума и пыли, и создает тихие, уединенные уголки посреди мегаполисов и природных зон. Более того, такие здания способны служить символом новой философии устойчивого сосуществования с природой.

Если посмотреть на самые яркие примеры современного подземного строительства, становится ясно, что каждый проект по хорошему «эксплуатирует» все те свойства и ресурсы, которые дает «groundspace».

Один из наиболее впечатляющих объектов подземной архитектуры — датский музей Tirpitz Bunker от BIG Бьярке Ингельса. Изначально построенный немецкой армией в годы Второй мировой войны как часть Атлантического вала, этот монолитный бетонный бункер с толщиной стен в 3,5 метра после длительного забвения был преобразован командой BIG в музей. Что примечательно, в проекте сделан акцент не только на сохранении исторической памяти, но и на органичном вписывании в ландшафт. Со стороны сверху бункер практически не виден — его форма сливается с дюнами. Вход в музей происходит через подземный туннель, который плавно ведет в пространство с большими остекленными окнами высотой в шесть метров — такие отверстия рассеивают свет, создавая эффект света и воздуха в глубине земной толщи. Архитектура здесь словно рассказывает историю: монолитность и массивность бункера контрастирует с лёгкостью новых выставочных залов — они как светлые оазисы внутри скрытой бетонной крепости.

Еще один поразительный пример — Hill Country Wine Cave в Техасе, США. Расположенный внутри известнякового холма, винный погреб практически сливается с живописным природным окружением, защищенный с двух сторон вековыми дубами и растительностью. Архитектор Клейтон Крут вставил в вырытый людьми туннель из бетона и дерева уникальный деревянный модуль в форме «корабля в бутылке» — герметичное, тёплое и эргономичное пространство для хранения коллекции из 4 000 бутылок вина. Внутренние стены отделаны теплой древесиной, символизирующей уют и домашний комфорт, который резко контрастирует с суровым и жестким бетонным фасадом. Уникальность проекта заключается в том, что природные формы рельефа сохранены, а вход практически замаскирован — тяжелые известняковые камни и зелень гармонично играют с архитектурой, создавая ощущение природного убежища. При этом сохранён оптимальный микроклимат для вина, что является главным функциональным требованием.

В Чили, в одной из самых засушливых пустынь мира Атакама, стоит памятник интеграции подземного пространства с природой — Alma Sports Hal от бюро Benjamín Murúa Arquitectos. Построенный на территории обсерватории ALMA, этот спортивный комплекс находится практически под землёй, что обеспечивает его термоизоляцию и защищает от сильных ветров и экстремальных солнечных лучей пустыни Атакама. Спортивный зал имеет овоидную форму, накрыт аэродинамичным куполом с двойной мембраной из ПВХ и углеродного волокна, что позволяет минимизировать нагрузку ветра и защищать внутренние помещения от радиации. Примечательно, что в полуподземном пространстве размещены площадки для баскетбола, волейбола и футбола, раздевалки, тренажёрный зал и санитарные помещения. Использование геотермальной энергии и низкие проекты для оптимизации естественного освещения делают эту структуру крайне энергоэффективной и комфортной для пользователей.

Еще один важный пример, который переосмысливает традиционные жилищные формы — это The Inside Home в Иране, спроектированный бюро Olgooco. В условиях быстро растущего урбанизма и исчезновения традиционной садовой структуры, этот жилой комплекс был вырезан прямо в склоне. Внутренние пространства напоминают пещеры — три взаимосвязанных объёма организованы вокруг центрального атриума, который открывается в сад сверху. Так удаётся совместить свежесть природного света с приватностью помещений. В доме продуман зонирующий принцип: спальни расположены с одной стороны, ограничивая прямое проникновение света для создания уединения, а общие пространства — с другой, рядом с бассейном и местами для отдыха, открывающими вид на зелень. Этот проект свидетельствует о том, как подземное строительство может не только сохранить ландшафт, но и предложить необычную, богатую сенсорными ощущениями архитектуру, идеально вписанную в городской контекст.

В Китае, в Чанчуне, расположился один из крупнейших подземных музеев мира — Deep Time Palace от Wutopia Lab. Его крыша выполнена из тонких бетонных оболочек — куполов в форме крыльев, покрытых растительностью. Особенность музея — крупные глазовидные окошки в кровле, которые, как Око Пантеона, пропускают дневной свет внутрь, создавая удивительное ощущение глубины и пространства в подземных залах. Музей занимает площадь свыше 16 000 кв. м и выполняет сразу несколько функций — он не только выставочный зал, но и социальное пространство с возможностью размещения культурных мероприятий. Зеленая кровля и «лёгкая» структура перекрытий позволяют соблюдать экологическую устойчивость и сохранять первоначальный ландшафт.

Особняком по впечатлениям стоит Sancaklar Mosque в Стамбуле бюро Emre Arolat Architecture — мечеть, погружённая в холмистый рельеф, которая максимально соответствует философии простоты и природной гармонии. Форма мечети словно вырастает из земли: снаружи светло-серая бетонная поверхность с минимумом декоративных элементов подчёркивает скромность и сосредоточенность, контрастируя с традиционными богатыми орнаментами Османской архитектуры. Внутреннее пространство напоминает пещеру, отделанную неотёсанным бетоном. Единственный декоративный элемент — естественный свет, проникающий через окно в направленную на Мекку сторону, который меняется в течение дня, создавая неповторимую атмосферу умиротворения.

Последним примером хочу назвать Villa Aa в Норвегии от бюро CF Møller Architects — частный жилой дом, почти полностью спрятанный в склон. Его зеленая крыша с террасой и плавными органическими формами помогает строению гармонично вписаться в пасторальный ландшафт около излучины фьорда. Интерьер дома оформлен контрастно: северная часть скрытая и тёмная, как у подземной пещеры, а южная светлая и воздушная, с большими окнами и выходами в сад. Для дома использовали преимущественно бетон — материал, олицетворяющий прочность и минимализм, а фасады частично обшили кедром, что добавило тепла и естественности. Такой симбиоз природного ландшафта и современной архитектуры — один из лучших примеров того, как подземные и полузаглубленные дома могут стать продолжением природы, а не её нарушителями.

Сегодня, когда в городах остро стоит вопрос устойчивости, плотности застройки и сохранения исторического наследия, проектирование под землей — это стратегия, способная не только решать градостроительные проблемы, но и создавать новые, вдохновляющие формы жизни. Groundscape закладывает основу для следующего витка в развитии городов — где под землей не просто прокладывают коммуникации, а возводят полноценные, современные пространства с особой архитектурной и экологической ценностью.

Глобальная архитектурная стратегия вокруг groundspace сегодня позволяет перераспределить городские функции под землей, интегрировать «пустоты», разрывы, сквозные пространства, чтобы пустить в них свет и вернуть этим глубинам живую связь с городом.

Таким образом, новые подземные площади становятся отправной точкой для обновления всей инфраструктуры города. Мы можем открывать и переплетать эти сети, делать их общими и совместно используемыми, расширять потенциал подземных ресурсов — чтобы они не просто служили городу, а стали его настоящим богатством.

В этом сложном сплетении функциональных зон начинает читаться целостная структура — как система корней в земле, понятная и естественная. Архитектура становится тем самым инструментом, который способен снимать напряжение между разрозненными мирами, создавать связи и использовать ресурс подземного пространства для блага горожан и дальнейшего развития городов.

Именно архитектурное воображение позволяет оживить подземный город, превратить его из инженерного «дна» в новый слой жизни и урбанистической эволюции.