Всем привет, на связи Robert Kurochkin.
Сегодня речь пойдёт о моём новом объекте — маске Ленина.
В этом проекте нет глубинных смыслов: на прошлый Хэллоуин мне просто нужна была маска, а покупать готовую не хотелось.
Мой эталон — маска Анонимуса: с одной стороны, легко считываемый, карикатурный образ, но при этом воспринимающийся почти как настоящее лицо, с другой — культурная ассоциация с протестом, ну и добавленная стоимость в виде мемификации: от «повезло, повезло» до «снюсоеда».
Для своей же маски я выбрал Ленина. Его образ настолько часто воспроизводился, что границы того, как он должен выглядеть, давно размылись. Памятники в разных местах приобретают черты внешности, свойственные коренным народам, где-то лукавый прищур замылился временем, а где-то был перекрашен на десять раз, из-за чего потерял свою чёткость. Не говоря уже о том, что Ленин — это гриб, торт, ну или пьяный двойник с Красной площади. В общем, не нужно быть мастером, чтобы сделать похожую скульптуру. К тому же скульптинг оказался очень похожим на рисование гипсовых голов, на которое ушла заметная часть моей жизни.
Сегодня речь пойдёт о моём новом объекте — маске Ленина.
В этом проекте нет глубинных смыслов: на прошлый Хэллоуин мне просто нужна была маска, а покупать готовую не хотелось.
Мой эталон — маска Анонимуса: с одной стороны, легко считываемый, карикатурный образ, но при этом воспринимающийся почти как настоящее лицо, с другой — культурная ассоциация с протестом, ну и добавленная стоимость в виде мемификации: от «повезло, повезло» до «снюсоеда».
Для своей же маски я выбрал Ленина. Его образ настолько часто воспроизводился, что границы того, как он должен выглядеть, давно размылись. Памятники в разных местах приобретают черты внешности, свойственные коренным народам, где-то лукавый прищур замылился временем, а где-то был перекрашен на десять раз, из-за чего потерял свою чёткость. Не говоря уже о том, что Ленин — это гриб, торт, ну или пьяный двойник с Красной площади. В общем, не нужно быть мастером, чтобы сделать похожую скульптуру. К тому же скульптинг оказался очень похожим на рисование гипсовых голов, на которое ушла заметная часть моей жизни.
Тема, которая меня особенно интересует — это digital fabrication — как перенести скульптуру, сделанную на компьютере, в реальность. Я нашёл два пути:
Сперва я сделал низкополигональную модель, которую можно было бы сравнительно легко развернуть, вырезать из бумаги и склеить. Для этого я воспользовался Export Paper Model Add-on для Blender, который помечает concave и convex edges и какие детали с чем соединять. Чтобы не терять все объемы Владимира Ильича, над которыми я так долго работал, на развёртку маски я запёк тени с оригинальной высокополигональной модели. Так создаются модели в большинстве игр, то что сейчас часто называют PS1 graphics.
Сперва я сделал низкополигональную модель, которую можно было бы сравнительно легко развернуть, вырезать из бумаги и склеить. Для этого я воспользовался Export Paper Model Add-on для Blender, который помечает concave и convex edges и какие детали с чем соединять. Чтобы не терять все объемы Владимира Ильича, над которыми я так долго работал, на развёртку маски я запёк тени с оригинальной высокополигональной модели. Так создаются модели в большинстве игр, то что сейчас часто называют PS1 graphics.
Первый прототип был готов к Хэллоуину, но результат меня не устроил: слишком уж угловато, да и маска оказалась мала.
Справа от меня — восходящая звезда архитектуры Samuel Duran
Проблему угловатости можно было бы решить, воспользовавшись работой Developability of Triangle Meshes (Oded Stein, Eitan Grinspun, Keenan Crane), на основе которой есть алгоритмы упрощения формы в Houdini. Плюс заключается в том, что, в отличие от обычного развёртывания, этот алгоритм работает не только с планарными полигонами, но и учитывает изгибаемость бумаги. Однако для меня это снова был компромисс, поэтому я решил пойти другим путём.
Я напечатал мою скульптуру на 3D-принтере и снял с неё силиконовую форму. Силикон решает сразу две проблемы: во-первых, он передаёт мельчайшие детали оригинальной скульптуры, во-вторых, не нужно проектировать литейный угол — силиконовая форма мягкая, а значит, готовая маска в ней точно не застрянет. В итоге форма заполняется тремя слоями папье-маше из пакетов Uber Eats. Есть и более продвинутые рецепты, но я решил не соваться в эту кроличью нору. Кому интересно, советую посмотреть Jonni Good.
Силиконовая форма
Гипсовая опалубка
Заполненная форма
В итоге это, конечно, не самый быстрый способ: на одну маску уходит три часа работы + часов 12 сушки, но второй прототип однозначно выглядит лучше первого.
