«Гуляй-город» — историческое подвижное укрепление, которое можно было собирать и перемещать вслед за войском. Одновременно временное поселение, оборонительное сооружение и пространство для жизни, не привязанное к одному месту. Для нас этот образ стал отправной точкой для кэмпа на «Архстоянии» — сообщества и архитектуры, которые тоже не должны были оставаться на месте.
Летом 2026 года «Гуляй-город» превратился во флотилию из шести мобильных объектов, отправившихся исследовать территорию фестиваля. Днём тележки расходились по разным маршрутам, встречались с людьми и менялись по дороге, а вечером сходились в общее шествие.
Но прежде чем выйти в поле, флотилию нужно было построить. Шесть тележек собирали в четырёх мастерских, а финальная сборка заняла десять дней. В процессе пришлось от чего-то отказаться, что-то переделать, а что-то придумать заново.
Рассказываем, как идея мобильного кэмпа превратилась в шесть работающих объектов — и что пришлось выбросить по дороге.
Гибрид объекта и площадки: одиннадцать секторов-столов с разными медиумами фиксации — печатная машинка, карандаш, литография. Прямо на фестивале собирался спецвыпуск журнала, гости участвовали в дискуссиях, приглашённые специальные гости фиксировали происходящее. Первый опыт провокации диалога через конструкцию.
Временная архитектурная лаборатория на участке 20 × 10 метров с модульной сеткой 2 × 2. Четверо лаборантов и 20 абитуриентов три дня делали пространственные, материальные и телесные эксперименты; сетка работала как инструмент децентрализации — она не диктовала форму, а раздавала право на неё. Главный тезис того года: архитектура как процесс, а не результат. Зафиксировано в пятом номере ЛОКУСа.
Мы делаем не украшенные тележки, а архитектурные объекты, которые обрели способность двигаться.
Голова процессии и самая большая тележка. Длинный нос задаёт направление всему каравану. Каркас из бруса, поверх полосатые пляжные ткани, в борту прорезано видовое окно; вечером — гирлянды. Четыре колеса с поворотом на 360 градусов, управляют вчетвером — двое спереди, двое сзади. Спереди ящик с откидными стенками под всё, что нужно вне лагеря. Внутри играют в дурака: партия десять-пятнадцать минут, сыграл — получил штамп.
Инопланетный агент. «Мы заметили место, где разумные существа строят не для пользы, а ради идеи» — задача тарелки собрать архив человеческой цивилизации для анализа. Посетителю задают вопрос о повседневных вещах, привычках и ценностях, которые обычно остаются вне зоны внимания; ответив, он попадает внутрь летающей тарелки и размещает свой ответ, становясь частью общего архива. Габариты 2,5 × 2,5 × 3 метра.
Фестиваль, лето, поле, солнце — немного воды не повредит. Тележка выросла из попытки совместить три вещи: мобильность, архитектуру и воду. Внешний вид держится на двух решениях. Первое — сознательный отказ от DIY-эстетики, типичной для фестиваля: отсюда металл и стремление к технологичности конструкции. Второе — заимствование готовых индустриальных объектов: баллоны, шланги, основание от тачки, давшие яркие утилитарные цвета. Высота уподобляет объект фонтану или даже алтарю. Зонт наверху — не то от собственных брызг, не то на случай дождя, не то как эффектная завершающая деталь. Габариты 1400 × 600 × 3400, с зонтом 2300 × 2300 × 3400.
Атмосферная тележка: конструкция из фитболов в обтяжке, на которой можно лежать в поле. Самый надёжный каркас парка — сварной, с металлическими осями.
Передвижной оркестр. Музыкальные инструменты интегрированы прямо в конструкцию, поэтому движение тележки по пересечённой местности само по себе сопровождается звуком. Инсталляция рассчитана на участие гостей: музыкальные элементы превращают её в пространство для совместной импровизации. Без электроники. Штамп — за гармоничную мелодию. Габариты 2100 × 2100 × 3000.
Замыкает процессию: форма сужается к концу, получается хвост. Длина больше трёх метров, каркас из доски сечением 120 миллиметров, три колеса на металлической оси — сделано максимально кустарно и этого не скрывает. Сверху ткань, оставшаяся от «Круглого стола» 2024 года: держала солнце и дождь над барменами, кураторами и оценщиками анекдотов. Спереди широкий спойлер, больше двух метров, — он же барная стойка, за ним происходило всё главное.